Hyundai Verna «Верно» или «скверно»

Стихи, от которых у вас мурашки по коже

В продолжение темы о мозыке предланаю делиться стихами)
Мое любимое.
С. Маршак
И поступь и голос у времени тише
Всех шорохов, всех голосов.
Шуршат и работают тайно, как мыши,
Колесики наших часов.

Лукавое время играет в минутки,
Не требуя крупных монет.
Глядишь, — на счету его круглые сутки,
И месяц, и семьдесят лет.

Секундная стрелка бежит что есть мочи
Путем неуклонным своим.
Так поезд несется просторами ночи,
Пока мы за шторами спим.

Мне сын читал на выпускном, мурашки пробрали так.

Мне уже не 16, мама!
Ну что ты не спишь и все ждешь упрямо?
Не надо. Тревоги свои забудь.
Мне ведь уже не шестнадцать, мама!
Мне больше! И в этом, пожалуй, суть.

Я знаю, уж так повелось на свете,
И даже предчувствую твой ответ,
Что дети всегда для матери дети,
Пускай им хоть двадцать, хоть тридцать лет

И все же с годами былые средства
Как-то меняться уже должны.
И прежний надзор и контроль, как в детстве,
Уже обидны и не нужны.

Ведь есть же, ну, личное очень что-то!
Когда ж заставляют: скажи да скажи! —
То этим нередко помимо охоты
Тебя вынуждают прибегнуть к лжи.

Родная моя, не смотри устало!
Любовь наша крепче еще теперь.
Ну разве ты плохо меня воспитала?
Верь мне, пожалуйста, очень верь!

И в страхе пусть сердце твое не бьется,
Ведь я по-глупому не влюблюсь,
Не выйду навстречу кому придется,
С дурной компанией не свяжусь.

И не полезу куда-то в яму,
Коль повстречаю в пути беду,
Я тотчас приду за советом, мама,
Сразу почувствую и приду.

Когда-то же надо ведь быть смелее,
А если порой поступлю не так,
Ну что ж, значит буду потом умнее,
И лучше синяк, чем стеклянный колпак.

Дай твои руки расцеловать,
Самые добрые в целом свете.
Не надо, мама, меня ревновать,
Дети, они же не вечно дети!

И ты не сиди у окна упрямо,
Готовя в душе за вопросом вопрос.
Мне ведь уже не шестнадцать, мама.
Пойми. И взгляни на меня всерьез.

Прошу тебя: выбрось из сердца грусть,
И пусть тревога тебя не точит.
Не бойся, родная. Я скоро вернусь!
Спи, мама. Спи крепко. Спокойной ночи

«Вчера еще в глаза глядел…» Марина Цветаева. Я их читала на экзамене по литературе. Вообще очень её люблю

Вчера еще в глаза глядел,
А нынче — всё косится в сторону!
Вчера еще до птиц сидел,-
Всё жаворонки нынче — вороны!

Я глупая, а ты умен,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
«Мой милый, что тебе я сделала?!»

И слезы ей — вода, и кровь —
Вода,- в крови, в слезах умылася!
Не мать, а мачеха — Любовь:
Не ждите ни суда, ни милости.

Увозят милых корабли,
Уводит их дорога белая…
И стон стоит вдоль всей земли:
«Мой милый, что тебе я сделала?»

Вчера еще — в ногах лежал!
Равнял с Китайскою державою!
Враз обе рученьки разжал,-
Жизнь выпала — копейкой ржавою!

Детоубийцей на суду
Стою — немилая, несмелая.
Я и в аду тебе скажу:
«Мой милый, что тебе я сделала?»

Спрошу я стул, спрошу кровать:
«За что, за что терплю и бедствую?»
«Отцеловал — колесовать:
Другую целовать»,- ответствуют.

Жить приучил в самом огне,
Сам бросил — в степь заледенелую!
Вот что ты, милый, сделал мне!
Мой милый, что тебе — я сделала?

Всё ведаю — не прекословь!
Вновь зрячая — уж не любовница!
Где отступается Любовь,
Там подступает Смерть-садовница.

Самo — что дерево трясти! —
В срок яблоко спадает спелое…
— За всё, за всё меня прости,
Мой милый,- что тебе я сделала!

Этот стих мой любимый, лет с 14 -ти
Александр Блок
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.

Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у Царских Врат,
Причастный Тайнам,- плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.

Хозяин погладил рукою
Лохматую рыжую спину:
— Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,
Но все же тебя я покину.

Швырнул под скамейку ошейник
И скрылся под гулким навесом,
Где пестрый людской муравейник
Вливался в вагоны экспресса.

Собака не взвыла ни разу.
И лишь за знакомой спиною
Следили два карие глаза
С почти человечьей тоскою.

Старик у вокзального входа
Сказал:- Что? Оставлен, бедняга?
Эх, будь ты хорошей породы.
А то ведь простая дворняга!

Огонь над трубой заметался,
Взревел паровоз что есть мочи,
На месте, как бык, потоптался
И ринулся в непогодь ночи.

В вагонах, забыв передряги,
Курили, смеялись, дремали.
Тут, видно, о рыжей дворняге
Не думали, не вспоминали.

Не ведал хозяин, что где-то
По шпалам, из сил выбиваясь,
За красным мелькающим светом
Собака бежит задыхаясь!

Споткнувшись, кидается снова,
В кровь лапы о камни разбиты,
Что выпрыгнуть сердце готово
Наружу из пасти раскрытой!

Не ведал хозяин, что силы
Вдруг разом оставили тело,
И, стукнувшись лбом о перила,
Собака под мост полетела.

Труп волны снесли под коряги.
Старик! Ты не знаешь природы:
Ведь может быть тело дворняги,
А сердце — чистейшей породы!

Слава тебе, безысходная боль!
Умер вчера сероглазый король.

Вечер осенний был душен и ал,
Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:

’Знаешь, с охоты его принесли,
Тело у старого дуба нашли.

Жаль королеву. Такой молодой.
За ночь одну она стала седой’.

Трубку свою на камине нашел
И на работу ночную ушел.

Дочку мою я сейчас разбужу,
В серые глазки ее погляжу.

А за окном шелестят тополя:
’Нет на земле твоего короля. ’

Я могу тебя очень ждать,
Долго-долго и верно-верно,
И ночами могу не спать
Год, и два, и всю жизнь, наверно!

Пусть листочки календаря
Облетят, как листва у сада,
Только знать бы, что все не зря,
Что тебе это вправду надо!

Я могу за тобой идти
По чащобам и перелазам,
По пескам, без дорог почти,
По горам, по любому пути,
Где и черт не бывал ни разу!

Все пройду, никого не коря,
Одолею любые тревоги,
Только знать бы, что все не зря,
Что потом не предашь в дороге.

Я могу для тебя отдать
Все, что есть у меня и будет.
Я могу за тебя принять
Горечь злейших на свете судеб.

Буду счастьем считать, даря
Целый мир тебе ежечасно.
Только знать бы, что все не зря,
Что люблю тебя не напрасно! Асадов.

    Благодарочка 3

А когда-то мы были детьми,
Громко шлепали по серым лужам,
И казалось, никто нам не нужен,
Кроме маминых рук и любви.
А потом стали быстро взрослеть,
И игрушки покинули дом,
Стало тише, спокойнее в нем,
Ну а нам бы к друзьям лететь.
А потом стала ценной семья,
Муж, жена и милашки-дети,
Время мчалось, как будто ветер.
Постарела у дома скамья.
А потом карусель закружится:
Дом-работа, работа-курорт,
и родительский дом — не тот,
Где хотелось бы остепениться.
А потом. Мы вдруг будем одни.
Станем дряхлыми мы стариками,
И мечтать только сможем о маме,
О руках ее. И о любви.

Девочка в фейсбуке пишет, очень красиво)

Спустя мной прожитые дни,
Я научилась быть такой же как мужчины —
Не отвечать на просьбу ’обними’,
И не искать для встреч причины.

Я поняла как нужно быть,
Когда до дрожи в сердце хочется прижаться,
Я поняла что можно просто не любить,
И когда хочется уйти, а иногда остаться.

Исчезнуть просто так и без причины.
Могу сказать что позвоню и не звонить,
Я научилась быть такой же как мужчины.
Я научилась лишь одну себя любить.

    Благодарочка 1

Ты вырастешь, и я не буду знать,
С кем ты проводишь дни и даже ночи,
Но я все так же буду называть
Тебя как в детстве — милый мой сыночек.

Ты вырастешь. Ты будешь принимать
Судьбы удары, думаю, достойно.
И зубы стискивать и кулаки сжимать,
А я уже не поцелую там, где больно.

И если с папой мы не справимся уже.
Там кран потек или другие беды,
Твой голос в трубке твердо скажет мне:
’Мамуль, не трогай ничего — сейчас приеду’.

Ну, а пока — пижамка в облаках,
И на ночь про слона и Айболита.
Твое сердечко в маминых руках,
Душа еще ранима и открыта.

Я очень постараюсь, мой родной,
Дать, что смогу и отвести ненастья:
Чтоб детство ты с улыбкой вспоминал,
Чтоб знал, каким бывает счастье..

    Благодарочка 3

Позвони через пару лет,
Посмеёмся над нашей влюблённостью.
Я скажу, что готовлю обед.
Вышла замуж. Рассталась с гордостью.

У тебя будет милая дочь
И супруга немного странная –
На меня похожа точь-в-точь.
(ну да ладно, это не главное)

Через пару лет приглашу
Вместе с дочкой, женой на ужин.
Я признаюсь себе, что люблю,
Остальным же скажу, что дружим.

Двумя семьями встретим рассвет,
И, надеюсь, все будут рады.

Позвони через пару лет…
А сейчас не звони, не надо…

Татьяна Щербакова -Эмили

    Благодарочка 4

Я устал от двадцатого века,
От его окровавленных рек.
И не надо мне прав человека,
Я давно уже не человек.

Я давно уже ангел, наверно.
Потому что, печалью томим,
Не прошу, чтоб меня легковерно
От земли, что так выглядит скверно,
Шестикрылый унес серафим.
1988

1.
Да нет, я не могу об этом!
Бессилен бедный мой язык…
Над помертвевшим белым светом
Взметнулся бесконечный крик.

Кричало небо,
Пыль кричала,
Кричало у меня в груди –
Кричало все!
А я – молчала:
“Люблю тебя. Не уходи. ”

Прости…
Я не могла об этом…

И, как печальное спасенье,
Внезапно память обожгла:
Неслышимой и скорбной тенью
Меж нами женщина прошла.

Та самая, что на вокзале
Покинуто стоит в толпе
И смотрит темными глазами –
Глазами скорби – вслед тебе.
Та самая,
Что в теплых строчках
Печально пишет, боль тая,
Как ждут тебя
Она и дочка,
И мать,
И родина твоя…

Любимый, я не отнимаю
Тебя от дорогих оков.
Не надо слов –
Я понимаю…
Прошу тебя!
Не надо слов.

Любимый, я тебя прощаю –
Без трудных слез и горьких фраз.
Садись к столу,
И выпьем чаю…
Зеленого…
В последний раз…

Мы ль виноваты в нашем горе?
А впрочем, нет, не отвечай…
(О как он горек…
Как он горек…
Как горек
Этот сладкий чай…)

Забудем прошлое с тобою,
Как птицы – трудный перелет.
И станет боль
Забытой болью,
И все пройдет,
И все пройдет.

Не правда ли? –
Ничто не вечно.
И наша ли с тобой вина,
Что жизнь – у каждого одна,
И невозможно помнить вечно…

(О чем я.
Да… Ничто не вечно…
Проходит все…
А жизнь – одна. )

Уйдут сквозь годы,
Как сквозь сито,
Печаль и память обо мне.
Но, мой единственный,
Спасибо
За то, что есть ты на земле,

Это должен знать каждый водитель:  Volvo XC90 корабль викингов, величавый и мощный

За то, что были губы эти
И этот нервный взмах рукой.
Спасибо, что на белом свете
Из тысяч – ты один такой…

(Но что могу и что я значу –
Без этих рук,
Без этих глаз. )

Да нет, любимый,
Я не плачу…
Я просто чаем обожглась.

2.
Она ни в чем не виновата…
Она ни в чем не виновата.
Она
Ни в чем
Не виновата!

Но как мне жить,
Когда пойму,
Что НАВСЕГДА привыкнуть надо
К исчезновенью твоему?

Я без тебя и день, и вечер,
Моя любовь, моя беда.
Как в пуле скорость,
Сжалась вечность
В коротком слове “навсегда”.

Но ведь не может быть такого,
Не может быть такого дня,
Чтоб это крохотное слово
Убило именно меня!

Не верю!
У других – разлуки,
Другим – дано перенести,
Когда со страхом ищут руки
Того, кого нельзя найти.

Не верю!
Господи, не верю,
Что, горькой доле вопреки,
Уже не зашумят за дверью
Неторопливые шаги.

Что мне от жизни остается?
Несправедливо! –
Просто так
Слепому дать увидеть солнце
И снова погрузить во мрак.

Несправедливо! –
Дать разбиться
В единственно бессмертный час
Ликующей над миром птице,
Взлетевшей в небо в первый раз.

Хороший мой,
Одним тобою
Была жива,
Была слепа.
Да охранит тебя судьба
От боли,
Равной этой боли.

Да охранит тебя судьба.

3.
На белом свете все спокойно.
Что эта боль моя – теперь?
Я умерла уже в тебе,
А мертвым – не бывает больно.

Ничто не вечно.
И наша ли с тобой вина,
Что жизнь – у каждого одна.
Ты прав, любимый…
Жизнь – одна…
И невозможно помнить вечно…

И вы идете мне навстречу,
Не отводя счастливых глаз.
И ты берешь ее за плечи…
И ТЫ БЕРЕШЬ ЕЕ ЗА ПЛЕЧИ!
А мне тебе ответить нечем
И негде спрятаться от вас!

Ты вправе делать что угодно,
Ты можешь полюбить опять,
И все-таки
Неблагородно –
В меня,
Убитую,
Стрелять!

Ведь было нечто между нами,
Священное для нас двоих.
Не ты ли осушал губами
Дождинки на щеках моих?

Не нас ли обжигало зноем
Рук заколдованных кольцо?
Не ты ли тихо надо мною
Склонял святое,
Неземное,
Прекрасное свое лицо.

Проходит все…
Ничто не вечно…
И вы идете мне навстречу…

Как это просто:
Час мой пробит,
И протестуй – не протестуй.
О господи, так будь же проклят
Наш самый первый поцелуй!

Будь проклято святое слово,
Когда-то сказанное мне,
Коль нет и не было святого
На этой суетной земле!

Будь проклята моя недоля,
И ты, стоявший на пути!
Проклятье! –
Ласковым ладоням,
Глазам, губам –
Всему, что помню.

Любимый…
Боже мой.
Прости…

Прости меня!
Одним тобою
Была жива,
Была слепа.

Да охранит тебя судьба
От боли,
Равной этой боли.

Да охранит тебя судьба!

4.
В окошке, звездами забитом,
Край занавески теребя,
Взволнованно и позабыто,
Как век назад,
Я жду тебя.

И странно ждать,
И странно слушать
Шаги твои
Из темноты.
Но прямо в душу,
Прямо в душу –
Знакомый стук.
И входишь ты.

Я жду тебя, мой призрак милый…
Садись у позднего огня.
Ну что молчишь
И смотришь мимо?
Да нет, не мимо –
Сквозь меня…

Глаза печальны и тихи…
Прости меня!
И дай мне руку.
Я все придумала:
Разлуку
И горькие свои стихи.

Забудь придуманные строчки –
Они разорваны давно.
Ты видишь:
Белые кусочки
Бросаю в черное окно.

Ты видишь:
Их уносит ветер,
Уже не отыскать следа.
И не было их никогда…

И не было тебя на свете.

Если хочешь о важном-давай о важном.

Хотя это понятие так двояко.

Одиночество- вовсе не так уж страшно.

Страшно в двадцать один умереть от рака.

Страшно ночью не спать от грызучей боли,

что вползает под кожу и ест с корнями.

А ты роешь могилу от слов ’уволен’

Или ’лучше остаться с тобой друзьями’

Говоришь, как пугающи предпосылки

Страшен выбор- идти собирать бутылки,

или сразу идти на торговлю телом.

Говоришь,нет квартиры в многоэтажке,

платежи коммунальные шею душат?

А когда-то хватало малины в чашке

И оладушек бабушкиных на ужин.

Говоришь,что вокруг-дураки и драмы,

что в кошмарах — тупые,пустые лица

Страшно-в девять ребёнку лишиться мамы.

Страшно- маме ребёнку не дать родиться.

Страшно видеть,как мир в себе носит злобу,

как друзья обменялись ножами в спину.

Если хочешь о важном -давай о добром.

Как быть добрым хотя бы наполовину.

Как найти в себе силу остаться честным,

ощутить в себе волю,очистить душу?

Правда,хочешь о важном?садись,чудесно,

это важно,что ты ещё хочешь слушать.

    Благодарочка 2

Вдруг поняла, что жизнь — лишь вариант
Мар
7

…Вдруг поняла, что жизнь — лишь вариант,
Для счастья и не слишком то пригодный.
Hо мне другой земли не сотворят
И жизни тоже не вручат другой мне.
Вношу поправки, мучаюсь, дерусь,
Бессильно плачу, гордо грусть глотаю,
Махнув рукой теченью отдаюсь…
И снова где-то в облаках витаю.
Мой вариант, он у меня в крови.
Кто так вершил, что далеко не мед он?
Любовь ответной не нашла любви,
А до конца почти клубок размотан…
Тут — не дошла, не дотянула — здесь.
А время подгоняет нас жестоко.
Считала, что друзья и вправду есть,
Hо, почему то все же одинока…
Мой вариант, ты точен, как весы,
И что-то изменить — невероятно.
И все ж, как над макушкой не виси,
Возможны варианты варианта!
Я поняла, как я себя собью
С тропы привычной, все переиначив.
Сама себя, чтоб изменить судьбу,
Меняю — как условие задачи.
Так чувства сумасшедшие гудят,
Твердят, что в жесткой западне предела
Лишь я сама — возможный вариант того,
Чего столь дерзко захотела.
И небеса дорогу отворят,
И будет все доподлинно собою,
И станешь ты судьбой, мой вариант,-
Моей одной, единственной судьбой.

Мое любимое у Маяковского.. сколько боли и безнадеги. и сумашествия
кой поэзии
Лиличка!

Дым табачный воздух выел.
Комната —
глава в крученыховском аде.
Вспомни —
за этим окном
впервые
руки твои, исступленный, гладил.
Сегодня сидишь вот,
сердце в железе.
День еще —
выгонишь,
можешь быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет
сломанная дрожью рука в рукав.
Выбегу,
тело в улицу брошу я.
Дикий,
обезумлюсь,
отчаяньем иссечась.
Не надо этого,
дорогая,
хорошая,
дай простимся сейчас.
Все равно
любовь моя —
тяжкая гиря ведь —
висит на тебе,
куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь
горечь обиженных жалоб.
Если быка трудом уморят —
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Захочет покоя уставший слон —
царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей,
мне
нету солнца,
а я и не знаю, где ты и с кем.
Если б так поэта измучила,
он
любимую на деньги б и славу выменял,
а мне
ни один не радостен звон,
кроме звона твоего любимого имени.
И в пролет не брошусь,
и не выпью яда,
и курок не смогу над виском нажать.
Надо мною,
кроме твоего взгляда,
не властно лезвие ни одного ножа.
Завтра забудешь,
что тебя короновал,
что душу цветущую любовью выжег,
и суетных дней взметенный карнавал
растреплет страницы моих книжек.
Слов моих сухие листья ли
заставят остановиться,
жадно дыша?

Дай хоть
последней нежностью выстелить
твой уходящий шаг.

И наш великий Франко. Пока его Козловский не опошлил
Іван ФРАНКО

Чого являєшся мені
У сні?
Чого звертаєш ти до мене
Чудові очі ті ясні,
Сумні,
Немов криниці дно студене?
Чому уста твої німі?
Який докір, яке страждання,
Яке несповнене бажання
На них, мов зарево червоне,
Займається і знову тоне
У тьмі?

Чого являєшся мені
У сні?
В житті ти мною згордувала,
Моє ти серце надірвала,
Із нього визвала одні
Оті ридання голосні —
Пісні.
В житті мене ти й знать не знаєш,
Ідеш по вулиці — минаєш,
Вклонюся — навіть не зирнеш
І головою не кивнеш,
Хоч знаєш, знаєш, добре знаєш,
Як я люблю тебе без тями,
Як мучусь довгими ночами
І як літа вже за літами
Свій біль, свій жаль, свої пісні
У серці здавлюю на дні.

О ні!
Являйся, зіронько, мені!
Хоч в сні!
В житті мені весь вік тужити —
Не жити.
Так най те серце, що в турботі,
Неначе перла у болоті,
Марніє, в´яне, засиха, —
Хоч в сні на вид твій оживає,
Хоч в жалощах живіше грає,
По-людськи вільно віддиха,
І того дива золотого
Зазнає, щастя молодого,
Бажаного, страшного того
Гріха!

А это просто очень близкО. Цветаева.

Безумье — и благоразумье,
Позор — и честь,
Все, что наводит на раздумье,
Все слишком есть —

Во мне. — Все каторжные страсти
Свились в одну! —
Так в волосах моих — все масти
Ведут войну!

Я знаю весь любовный шепот,
— Ах, наизусть! —
— Мой двадцатидвухлетний опыт —
Сплошная грусть!

Но облик мой — невинно розов,
— Что ни скажи! —
Я виртуоз из виртуозов
В искусстве лжи.

В ней, запускаемой как мячик
— Ловимый вновь! —
Моих прабабушек-полячек
Сказалась кровь.

Лгу оттого, что по кладби́щам
Трава растет,
Лгу оттого, что по кладби́щам
Метель метет…

От скрипки — от автомобиля —
Шелков, огня…
От пытки, что не все любили —
Одну меня!

От боли, что не я — невеста
У жениха…
От жеста и стиха — для жеста
И для стиха!

От нежного боа на шее…
И как могу
Не лгать, — раз голос мой нежнее, —
Когда я лгу…

    Благодарочка 1

Книжка с неприличным названьем

То была не интрижка,
Ты была на ладошке,
Как прекрасная книжка
В грубой супер-обложке.

Я влюблен был, как мальчик.
С тихим трепетом тайным
Я читал наш романчик
С неприличным названьем.

Были слезы, угрозы,
Все одни и все те же,
В основном была проза,
А стихи были реже.

Твои бурные ласки
И все прочие средства,
Это странно, как в сказке
Очень раннего детства.

Я надеялся втайне,
Что тебя не листали,
Но тебя, как в читальне,
Очень многие брали.

Не дождуся я, видно,
Когда я с опозданьем
Сдам с рук на руки книгу
С неприличным названьем.

Hyundai Verna: «Верно» или «скверно»?

Давно пора было создать кодекс правил одиноких путеходцев. И не последнее из них – «принцип старины Мюллера»: «В дороге никогда никому не верьте. Даже себе». То есть любая получаемая информация сомнительна, если не подтверждена тремя независимыми источниками. К примеру, трэвел агент уверяет, что метро работает с 6ти и надо брать авторикшу. Рикша соглашается, что да метро с 6ти, но надо брать такси, ибо на вокзал ему ехать далеко. Такси со всем соглашается и просит 500 рупий. Оно, конечно немного, рублей триста. Но. Если спросить в метро, то оно открывается в 5. Стало быть к поезду на Амритсар в 6.40 вполне можно доехать с запасом. Из этого, производная от принципа Мюллера – правило Незнайки: спрашивайте чаще и везде.

К нему теорема Вудстока. Никогда не спрашивайте у тех, кто обязан вам ответить и не может просто сказать – «не знаю». В первую очередь относится к вопрошанию полицейских. Он априорно не может ответить «не знаю», но также априорно не может этого признать. Значит, если в Москве, Вы будете посланы скорее всего по неправильному направлению, то в Амритсаре иначе. Он просто останавливает проезжающего авторикшу, заведомо в чем-то виновного, коли прикапываться и велит ему подвезти обратившегося с вопросом «сахиба» куда тому надо и не больше чем за 10рупий – 7 рублей. И тот едет, бедолажка, и привозит меня в таинственнейшее место мира – Золотой Храм. Но по порядку…

Это должен знать каждый водитель:  Nissan Tiida Превосходя ожидания

А по порядку, следует принять еще один принцип шествования по жизни, а именно – «Перемены всегда к лучшему». Блажен, кто не усомнится. Я, увы, далек от блаженства. Потому что вчера ночью очевидно понял – болен. Ага, режет горло, немощь, кашляется надсадно. Ну каково, на пятый день из ноябрьской Москвы испытыть жесточайшую простуду в Индии? Ну, что, не ехать по забронированному билету в Амритсар? Нет. Ехать, а там посмотрим. И влачу себя в семичасовое поездное передвижение.

И только на фоне реально повышенной температуры тела ощущаю способность к нему. Ибо ухитряюсь отключаться и засыпать в любых положениях, на душе одно – отстали бы и не сержусь даже, сил то нет. И когда дергает убогая девочка за коленку – дай, мол, хоть что то пожевать – спасительный ответ: тебе хорошо, иди нафиг, я жевать то не могу.
Восхитительный опыт. Семичасовой путь в 448км обходится в 70 рублей (130рупий). Кто видал такие цены на московских электричках? Но индийские поезда место особой песни. Споем?

Вначале мое место занимает вальяжный сикх с супругой. Показываю билет, он мне на дивном английском – а может вы поищете себе что то еще? Хуйтас.. :—) – на чистом литовском отвечаю, — извольте освободить. Соглашается сразу, интересуется, откуда такой требовательный мистер? Получив ответ представляется – а я из Канады, Калгари, Виктория, приехали попроведать близких. А что, ведь «Индус с Канады больше чем индус», да?
А потом череда. То по полу кто то проскрежещет без конечностей, то кастаньетно щелкают пальцами местные трансгендеры – спутники любого ж\д экспресса – мило женственные лицами, но без грудей и с отвратительно большими грязно-когдястыми ступнями. Они кокетничают с парнями, те ведутся, взамен ожидаемой гомофобии. Интересно, когда странствовал по стране детства в 2002, такого вреде не было. Как впрочем, пользовался пленочным фотиком и дисковым плеером. Надо полазить про историю этого явления, верно? Или скверно? :—)

А еще раз в 4 минуты надо отказаться от чая\кофе, но если пьют соседи, то надо присоединяться, ибо печенюшка будет предложена неоднократно и уклониться невозможно. Здесь существуют по принципу – «Хочешь есть? Сперва раздели с другими». Нет, пожалуй это не войдет в обсуждемый кодекс…:—)

Семь часов ходу не вышел покурить. И немощь и страх, что место такое у окошка займут. Отель находится легко, но по дороге в Голден Темл оказываюсь перехваченным зазывалой – А не хочет ли мистер поехать на здешний ежевечерний дивертисмент – закрытие индо-пакистанской границы? А что, хочет. И не жалеет об этом. Иностранцы, как и всегда здесь, сидят на ВИП-местах, ах как умилительно наблюдать этот строевой балет. Нога закидывается выше уровня плеча и притоп с подскоком на месте. При этом солдыты делают зверски пугающие лица, встречаясь с пакистанскими погранцами, также роскошно-броско одетыми. Наши в зеленом и красном, с петушиными тюрбанами. Те – в пустынно-арабских накидках и также петушатся. А народ на трибунах заводится. Хиндустан велик – скандируют трибуны. Пакистан – выше всех – доносится с обратной стороны. Спускаются флаги, темнеет, ворота границы шумно запираются, а солдатики все еще кипятятся, раздавая чести и фоткаясь с желающими. Длится представление минут сорок, будете в тех местах – не премините глянуть. Развлекательно.

А утром – тот самый Золотой храм. В средние века, когда ветвь протестантизма с треском отвалилась от Рима, на севере Индии обретает популярность гуру Нанак, ходивший и в языческие храмы (индуизм) и в мечети. В последней его упрекнули, чтож ты мол ногами к указателю направления на Каабу (михраб, нет? Не помню) развалился? И Нанак кротко отвечал – будь добр, брат, разверни мои ноги в сторону, где Бога меньше. Ну, конечно оброс учениками и последователями, но спустя сто лет, на девятом гуру Гобинд-дасе парампара (преемственность) оборвалась – отныне вам основным авторитетом будет книга. И теперь суть богослужения состоит в непрестанном чтении этой книги и укладывании ее спать. Место дивное. И, кажется, сикхом нельзя стать ими рождаются. Интеллектуальной и мистической составляющей у них мало, но боевой дух братства святых, а также прагматизм зашкаливает. Из них лучшие здесь военные, торговцы и программисты.

Еще пара штрихов. В городе полно винных магазинов, открытых 12 часов. Что контрастирует с Дели и Кералой (см. декабрьские индо-этюды) когда полдня побегать надо за искомым, коли потребно. Почему так? И подумалось – ведь у погранично-конфликтного Пакистана – сухой шариат, стало быть – добро пожаловать в Индию, терпимую ко всему. Косвенно доказательство – щит после границы «Добро пожаловать с самую большую в мире демократическую страну». Ладно, про РФ скромно умолчим, но с каких пор Америка перестала быть демократичеческой… В
этот нюанс пока не въехал…

И к вопросу о кодексе… Следовало бы внести первую поправку Lorda – давайте чаевые, когда их не ожидают. Вот завтракал сегодня в дхабе у вокзала и вовсе невкусно было, ну что это за «тхали», когда рисику не положили, а только две чапати? А я возьми да и дай сверх скучающего подносителя 10 рупий. Ох, как он оживился, прояснился, просветлился… Кажется я спас хороший настрой аффекта, а может и желудка, десяти следующим за мной европейцам, нет?
И вновь в «путеводитель жизни». Следует принимать вещи такими какие они предстают перед вами, а не теми, кои должны быть. Скажем, такси отсюда туда стоит столько то, а обратно уже не так. Вроде странно, а следует принять. Или вот, велорикша, доставивший меня с Vidhan Sabhu до Maj Nu Katila. Почему то просит больше. И вообще на нем как то нравственно мучительно ехать – надрывается, скрипя коленками передо мной, пока сижу сзади покуривая. А просто устроено так. И должно тому быть. Ибо когда его коллеге было тяжело в гору, он попросил пройти 20 метров пешком. И обоим нормально. В общем, каждого жизнь такова, на какую он подписался. Просто он не помнит этого. Это, скажем, правило Дока.

Но емче молвил Далай Лама – «Все что есть – есть». Хочу на этом успокоить бег мыслей, выхожу на балкон выкурить последнюю. А тут узкоглазый паренек отрабатывает приемы защиты ближнего боя. – Присаживайтесь,- говорит- и плохо не подумайте, это я тренируюсь, чтобы защищаться, сам никогда не нападу.. Ну, слово за слово… Он родом из Бутана. – О, у нас так красиво, приезжайте. – Ага, помню, говорю, — у вас лучшие марки были в 60х, эдакие стереоскопические. Ну, думаю, это помнят только его дедушка с бабушкой, а он в Австралию намылился. Движется планета, yes

Утро 11го. Кофе. И буклетик с тезисами Далай Ламы: «Я всегда говорю – если ты верующий, не стоит менять свою традиционную религию. Впрочем, если при здравом рассуждении тебе кажется, что другая вера более соответствует твоему внутреннему устроению – тоже неплохо. Я буддийский монах, но вовсе не хочу обращать весь мир в Буддизм. В сущности, даже хорошо, что на свете много религий. Ведь люди устроены очень по разному. Одна вера для всех – это как ресторан, в котором представлено только одно блюдо. Кому то оно покажется невкусным, кому-то быстро приестся, а кому то повредит здоровью.» Хорошую религию придумали индусы… :—) (с)

Репин. Воскрешение дочери Иаира

…Вообще Репину не давалась религиозная тема. Он, как правило, решал её сплеча, не вдаваясь в тонкости, и, в сущности, не прикладывая души. Единственное исключение тут — первое его значительное полотно, дипломная работа в Академии художеств, «Воскрешение дочери Иаира». Задержитесь перед ней подольше, когда в следующий раз будете в Русском музее: это стоит того.

Диплом есть диплом, его нельзя писать абы как, походя (как именно и писал Репин прочие свои религиозные картины). Приходилось задумываться, приходилось искать точки соприкосновения евангельского сюжета с собственной душой, приходилось «копать глубоко».

Не будем сейчас напоминать читателю евангельскую историю — надеемся, она всем православным хорошо знакома. И теперь скажите: если бы вы сами писали картину на этот сюжет, что бы вы изобразили?

Ну, скорее всего, сам момент воскресения: уже произнесены слова «Талифа куми!» и отроковица приподнимается на постели, пробуждаясь от смертного сна. Это можно изобразить эффектно: величественный жест Спасителя, нежное лицо девочки…

Вот и Репин сперва так рассуждал и извёл немало бумаги, перепортил немало холста, набрасывая нечто в этом роде. И ничто из созданного ему не нравилось, ничто не грело душу, всё оставалось «фантазией на заданную тему». Вот, мол, так примерно это всё могло выглядеть: вот Христос протягивает руку, вот девица медленно приподнимается с ложа, вот удивлённые и обрадованные родственники… Всё правильно, всё соответствует — как говорится, «бумага написана верно». Верно, да скверно: чего-то не хватает. Чего-то, а именно всей картины. Где тут тайна Божьего чуда, где соприкосновение Божией милости с человеческой худостью, где, наконец, вся огромность, всё невероятие небывалого дела — победы над смертью? Получается, будто дочь Иаира действительно только спала, — потом её разбудили и она проснулась. Есть из-за чего копья ломать…

Теперь всякий искусствовед вам расскажет: «И тогда, окончательно зайдя в тупик, молодой Репин вдруг вспомнил, как несколько лет назад умирала его младшая сестра, вспомнил, в какое горе погрузился весь дом, вспомнил этот ни с чем не сравнимый дух смерти, который окутал те горькие дни…»

И вспомнив это, он прибежал домой, стёр с холста пробуждающуюся девицу и начал писать девицу мёртвую. Мёртвую не в шутку, мёртвую окончательно, безнадёжно. Такую мёртвую, какими все мы будем однажды.

И написал горе родителей. Вот именно: не горюющих родителей, а само их горе, угольным мраком разлившееся по дому, поглотившее на картине все фигуры. Все, кроме двух — девочки, которая уже по ту сторону горя и радости, и Спасителя, Который выше всякого горя.

Теперь смотрите: перед нами самая, к сожалению, обычная история — на смертном одре лежит покойник, рядом его близкие, раздавленные не только бедой, но и острым сознанием необратимости происшедшего.

И среди всего этого удушающего мрака светлый и спокойный стоит Христос, Победитель смерти.

Ведь и мы с вами, и сам Репин подлинных чудес в своей жизни не видели. Уж во всяком случае, не видели воскресения мёртвых. Для нас фантазировать о таком воскресении означает лгать. Художник солжёт, если напишет девочку воскресшей.

Но нам дана вера. Для того чтобы постигнуть всю глубину репинской работы, нам надо совершить дело веры: поверить, что сейчас Господь скажет: «Талифа куми» — и эта мёртвая девочка станет живой. Этот со знанием дела написанный труп вновь исполнится жизни — не иллюзорной, а истинной, радостной, светящейся. «И девица тотчас встала и начала ходить» (Мк. 5, 42). Мы не видим, как она ходит, но мы вынуждены поверить, что это случится: к тому приводит нас вся внутренняя логика, весь строй картины, её композиция, её краски, её удивительная, завораживающая светотень. Без веры в воскресение все эти живописные богатства пропадают втуне. Нам нужно или отойти от холста, пожав плечами, или согласиться: «Да, сейчас встанет и начнёт ходить».

Надо признать: 27-летний Репин явил себя не только большим художником, но и подлинным богословом кисти. Он сумел своей картиной призвать зрителя к вере, подвигнуть его к ней.

Много пишут о фигуре Христа, о том, как Репину удалось избегнуть театральности и пафоса и в то же время исполнить её истинным величием и жизнеутверждающей силой. Это верно. Но меня чрезвычайно интересует: этот светильник в головах у девочки, эти три свечи в одном канделябре, — это Репин сам придумал или ему кто-то подсказал? Потому что этот тройной свет — и кроткий, и яркий — убеждает в грядущем чуде не менее, чем образ Спасителя. Свет Трисолнечный, Троица Пресвятая, освещающая лицо умершей, — он истинный залог воскресения. Удивительно, как Репин — человек, в общем-то, малорелигиозный — нашёл эту деталь, сообщающую всей картине возвышенный мистический смысл, соединяющий земное с Небесным и сиюминутное с вечным.

Это должен знать каждый водитель:  Audi A5, Volvo C70, Hyundai Genesis Coupe угол атаки

Ведь этот Трисолнечный свет ложится на лицо каждого из нас и каждому из нас обещает воскресение. Чудеса, подобные тому, что случилось с дочерью Иаира, во всей мировой истории можно пересчитать по пальцам. Но каждый из нас в своё время встанет и будет ходить… Другой вопрос: в какую сторону придётся ему направить свой ход… Впрочем, это уже от нас зависит, но так или иначе, а чудесный подарок вечности ждёт каждого из человеков.

«И, взяв девицу за руку, говорит ей: «талифа куми», что значит: девица, тебе говорю, встань. И девица тотчас встала и начала ходить, ибо была лет двенадцати. Видевшие пришли в великое изумление. И Он строго приказал им, чтобы никто об этом не знал, и сказал, чтобы дали ей есть» (Мк. 5, 41-43).

Мы дружные ребята

Песни и стихи для детей младшего возраста

Тексты песен

Кремлевские звезды
Стихи С. Михалкова

Кремлевские звезды
Над нами горят,
Повсюду доходит их свет.
Хорошая Родина есть у ребят,
И лучше той Родины нет!

Великая страна. Стихи Л. Некрасовой

Страна родная наша —
Великая страна.
Богаче всех и краше,
И больше всех она.

Шумят два океана
У разных берегов,
Там — горы-великаны,
Там — цепи ледников.

Когда мороз резвится
На северном снегу,
Фиалки расцветают
На южном берегу.

Когда мы на востоке
Шагаем в детский сад,
На западе далеком
Еще ребята спят.

Мы на севере ловим рыбу
И охотимся на зверей,
Белый хлопок растим на юге,
Фрукты дарим стране своей.

Урожай золотой собираем
На востоке советской земли,
А на западе — море синеет,
Мы ведем по нему корабли.

Поем мы наши песни
На разных языках,
Но красные мы держим
Флажки в своих руках.

Нужно дружно жить на свете
Стихи О. Высотской

Нужно дружно жить на свете,
Дружно, дружно! Это знать большим и детям
Нужно, нужно!
Если ссора приключится,—
Скверно, скверно! Надо тут же помириться.
Верно, верно!
А потом, когда мы старше
Станем сами, Подрастет и дружба наша
Вместе с нами!

Давайте играть!
Стихи О. Высотской

Украинцы и русские,
Давайте играть!
В Эстонии и Грузии,
Давайте играть!
Ребята на Кубани,
На Днепре голубом,
Играйте вместе с нами,
А мы вам споем!

Расти большой
Стихи М. Чиботару, перевод с молдавского В. Приходько

Встану, взглядом я окину
Наши горы и долину —
Ничему я не чужой! —
Добрый день! — скажу.
И рады Мне пастух и виноградарь,
Говорят: — Расти большой!

Приходите к нам дружить
Стихи М. Кравчука

Мне шесть лет. Немало это.
Мне шесть лет почти два дня.
В детский сад несу конфеты,
Знаю, ждут меня друзья.
Есть там Вася,
Друг мой Вася,
Как Гагарин и Титов,
В космос улететь согласен,
Хоть сегодня в путь готов.
Полетим в ракете скоро.
Разрешила мама мне!
А пока.
Рисуем горы
На Венере, на Луне.
Есть Сережа.
У Сережи
Пограничник старший брат.
Подрастем и станем тоже
Мы ходить в ночной наряд.
Лучше к нам, враги, не лезьте.
Не пропустим! А пока
Для заставы с другом вместе
Обучаем мы щенка.
Есть и Оля,
Наша Оля,
Очень-очень всем нужна.
Даст лекарство, если болен,
Будет доктором она.
Рассказал бы про Алешу.
С ним мы в тундре будем жить!
Много есть ребят хороших.
Приходите к нам дружить!

Простое слово
Стихи И. Мазнина

На свете добрых слов Живет немало,
Но всех добрее и важней — одно:
Из двух слогов
Простое слово «мама»,
И нету слов роднее, чем оно!

Во поле березонька стояла
Русская народная песня, обработка В. Агафонникова

1. Во поле березонька стояла,
Во поле кудрявая стояла.

Припев: Ты рябина моя,
Да ты кудрявая моя,
Да раскудря. кудря. кудря.
Да раокудрявенькая!

2. Некому березку заломати,
Некому кудряву заломати.
Припев

3. Выломлю два пруточка,
Выломлю два пруточка.
Припев

4. Сделаю два гудочка,
Сделаю два гудочка.
Припев

5. Третью балалайку,
Третью балалайку.
Припев

6. Стану в балалаечку играти,
Стану в балалаечку играти.

Припев: Ты рябина моя,
Да ты кудрявая моя,
Да раcкудря. кудря. кудря…
Да раcкудрявенькая!

Мой конь
Музыка Т. Чудовой, слова И. Векшегоновой

1. Вот пшеница-небылица,
Серебристые овсы.
Конь мой скачет,
Конь мой мчится,
Конь мой белый от росы!

2. Как прекрасно жить на свете,
По полям лететь стрелой!
Конь мой — ветер,
Конь мой—ветер,
Буйный ветер—конь лихой!

Майская песня
Музыка В. Араратяна, русский текст О. Высотской

I. Вот и праздник наступил!
Всех он рано разбудил!
Солнышко взошло,
Как вокруг красиво
И светло!

2. Праздник мира и труда
Славят наши города.
Край родной цветет!
Строится в колонны
Весь народ!

3. Мы в стране своей родной
Все растем семьей одной.
Детство — как весна,
И дорога жизни
Так ясна!

Это чудо
Музыка Р. Рустамова, слова Д. Виноградова

1. Хлопья белые повсюду.
Это что за снегопад?
Это — хлопок, это — чудо,
Это — платье и халат!
2. Из хлопушки разогретой
Белый выскочил дымок.
Что же это? Что же это?
Полотенце и платок!
3. Что за белые барашки
Легче пуха на руке?
Это — майки и рубашки,
Это — парус на реке!

Наш виноград
Музыка М. Парцхаладзе, слова В. Татаринова

1. Осень, осень золотая,
Сколько дела у ребят:
Все мы старшим помогаем,
Собираем виноград.
Виноград, виноград,
Золотистый виноград.

2. Мы пошлем подарки детям
И в Москву, и в Ленинград.
Любят все на белом свете
Наш грузинский виноград.
Виноград, виноград,
Золотистый виноград.

3. А когда зима настанет,
Много долгих дней подряд
Вспоминать о солнце станет
Наш душистый виноград.
Виноград, виноград,
Золотистый виноград.

Родной край
Музыка В. Ахмедова, слова К. Тангрыкулиева, перевод с туркменского И. Мазнина

1. Шелесты листвы,
Говор ручейка,
Яркий блеск травы,
Жаркий блеск песка.

Припев: Хоть к Луне слетай,
Хоть пройди весь свет,
Краше, чем мой край,
В целом мире нет!

2. Солнце в небесах,
Песня чабана,
А в лесу, в горах —
Тень и тишина.

Припев: Хоть к Луне слетай,
Хоть пройди весь свет,
Краше, чем мой край,
В целом мире нет!

Дудочка
Белорусская народная попевка, обработка Ю. Слонова, слова В. Малкова

1. Вот я дудочку свою беру.
Начинаю я на ней игру.
Выхожу я подудеть на луг.
Пляшут все мои друзья вокруг:

2. Вот вприсядку белый гусь пошел.
Замахал хвостом ленивый вол.
Жеребеночек пустился вскачь.
Пляшет черный очень важный грач.

3. Машет крыльями горлан-петух.
Захватило в жаркой пляске дух!
Целый день бы я дудел, играл,
Только дед мне: «Замолчи!» — сказал,
Я и замолчал.

Белый снег
Музыка Т. Чудовой, слова И. Векшегоновой

1. Белый снег, снег, белый снег,
Будто выпал на днях.
Вай-я, додей!
2. Это хлопок созрел
На колхозных полях.
Вай-я, додей!
3. Рано утром на заре
Все на поле опешим.
Вай-я, додей!
4. Старшим братьям сейчас
Мы поможем своим.
Вай-я, додей!

Солнышко-подсолнушек
Музыка Т. Чудовой, слова И. Векшегоновой

1. Круглое, как ведрышко,
Золотое солнышко.
В огороде, в уголке,
На одной ноге!

Припев: Ох-ох-ох-ох-ох!
Солнышко-подсолнушек!
Ох-ох-ох-ох-ох!
Вот так!

2. Созревают зернышки.
Прыгают воробышки. —
Солнце дарит, — говорят, —
Радость для ребят.

Припев: Ох-ох-ох-ох-ох!
Солнышко-подсолнушек!
Ох-ох-ох-ох-ох!
Вот так!

Где верблюжонок?
Казахская народная песня, обработка К. Волкова, русский текст М. Велиховой

1. Зову днем и ночью:
Где мой сыночек,
Где верблюжонок мой?
Ищу я по следу:
Где непоседа,
Где большеглазый мой?
Ковыль заметает слабый след.
Ой, нет верблюжонка, нет.

2. Зима, стужа злая.
Где, я не знаю,
Где ты сыночек мой?
Ищу я по следу:
Где непоседа,
Где золотистый мой?
Метель заметает теплый след.
Ой, нет верблюжонка, нет.

Заиграли скрипки
Эстонская народная песня, обработка Т. Чудовой, русский текст И. Векшегоновой

Заиграли в поле удалые скрипки.
Старым, .как и малым, не сдержать улыбки.
Ле-ле-ле, ле-ло, ле-ло!

Никакие вожжи не удержат ноги —
В пляс они пустились прямо на дороге,
Ле-ле-ле, ле-ло, ле-ло!

Потрудились летам — урожай на славу
Взрослые и дети празднуют по праву.
Ле-ле-ле, ле-ло, ле-ло!

Жура-журавель
Музыка Т. Чудовой, слова И. Векшегоновой

Жура-жура–журавель
Полетел за сто земель.

Встретил волка серого,
Серого несмелого.

Деток не пугает,
На гуслях играет.

Пролетают гуси.
— Дэинь! — играют гусли.

Пролетают утки.
У. — гудят погудки.

А для друга -журавля —
Тра-ля-ля-ля, тра-ля-ля!

Кружится журавлик,
Кружится журавлик.

Веселые черевички
Музыка Т. Чудовой, слова И. Векшегоновой

1. Ну и туфли! Сами знают,
Где танцуют, где гуляют!
Сами к месту ведут.
Топы, топы, чокы-чок,
Топай, топай, каблучок!
Черевички, чокы-чок!

2. Час плясали, два плясали,
Черевичками стучали.
Каблучок, каблучок!
Топы, топы, чокы-чок,
Топай, топай, каблучок!
Черевички, чокы-чок!

Солнышко красно
Стихи Е. Благининой

Солнышко красно,
Гори, гори ясно!
В небо пташкой залети,
Нашу землю освети,
Чтоб садам и огородам
Зеленеть, цвести, расти!
Солнышко красно,
Гори, гори ясно!
В небе рыбкой поплыви,
Нашу землю оживи,
Всех на свете ребятишек
Обогрей, оздорови!

Рисунок
Стихи Г. Баширова

Море синее,
Небо синее.
Папа сильный,
А мама красивая!

Это я (считалка)
Стихи Н. Байрамова, перевод с туркменского В. Приходько

Айтерек-гунтерек,
Груша, яблоко, орех.
Кто стучится,
Кто стучится,
Кто стучится Раньше всех? —
Это я, Солнце!

Зяблик
Стихи 3. Петровой

Зяблик первый узнает,
Что весна-красна идет.
И летит по белу свету,
Чтобы всем сказать об этом!

Считалка
Стихи С. Маршака

Косой, косой,
Не ходи босой,
А ходи обутый,
Лапочки закутай.
Если будешь ты обут,
Волки зайца не найдут,
Не найдет тебя медведь.
Выходи, — тебе гореть!

Небылица
Стихи И. Мазнина

Вот считалка —
Небылица:
На овес
Слетела птица.
Все, что
В поле было,
Съела
И в конюшню
Улетела.

Умный рак
Стихи Ф. Бобылева

Поучал налима рак:
«Ты, друг, плаваешь не так.
Надо плыть наоборот,
То есть плыть хвостом вперед».

Будь вежливым
Стихи И. Михайловой

Прискакал воробей
На пружинках-ножках.
Прокричал воробей:
«Дай поесть немножко!»
Поклевал, поклевал,
А спасибо не сказал.
Через день летит опять,
Смотрит — нечего клевать!

Безголосый петушок
Стихи С. Шушкевича, перевод с белорусского И. Бурсова

Заболел певец, охрип —
То ль ангина, то ли грипп.
Маму слушать не хотел он,
Кукарекал то и дело.
Бегал босиком в грозу,
Обивал с травы росу.
Мокрый от росы и пота
Петь садился на ворота,
Под дождем в грязи возился,
Потому и простудился.
То ль ангина, то ли грипп —
Заболел певец, охрип.

Где скакал?
Стихи В. Лебедева-Кумача

Входит зайка,
Чуть живой.
— Где скакал?
— На мостовой.
Не послушал
Зайка папу —
Оторвали Зайке лапу.

Загадки
Синенька шубенка Покрыла весь мир. (Небо)
Крашеное коромысло Через реку повисло. (Радуга)
Без рук, без ног, А ворота отворяет. (Ветер)
С виду — клин, Раздвинешь — блин. (Зонт)
Хоть не огонь, А жжется. (Крапива)
Серовато, зубовато, По полю рыщет, Телят, ребят ищет. (Волк)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Всё про автомобили
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: